В 35-ю годовщину со дня катастрофы на Чернобыльской АЭС в ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реакторе

В 35-ю годовщину со дня катастрофы на Чернобыльской АЭС в ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реакторе
DepositPhotos / Dudlajzov

В 35-ю годовщину со дня катастрофы на Чернобыльской АЭС в ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реактореВ канун 35-летия Чернобыльской аварии генерал-майор ФСБ России в отставке Анатолий Ткачук, принимавший непосредственное участие в тех событиях, рассказал, что после аварии версия теракта "рассматривалась очень серьезно"

ВСЕ ФОТО


В 35-ю годовщину со дня катастрофы на Чернобыльской АЭС в ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реакторе


DepositPhotos / Dudlajzov


В канун 35-летия Чернобыльской аварии генерал-майор ФСБ России в отставке Анатолий Ткачук, принимавший непосредственное участие в тех событиях, рассказал, что после аварии версия теракта “рассматривалась очень серьезно”


IAEA Imagebank / wikimedia.org


Десятки населенных пунктов навсегда исчезли с карты Украины. Вокруг разрушенной ЧАЭС образовалась мертвая зона, протянувшаяся на площади в несколько тысяч квадратных километров. Сегодня Чернобыльская зона стала Меккой для сталкеров и туристов


Pixabay.com

Ровно 35 лет назад, в ночь на 26 апреля 1986 года, на 4-м энергоблоке Чернобыльской атомной электростанции (ЧАЭС) произошел взрыв реактора РБМК-1000, который привел к крупнейшей катастрофе в истории атомной энергетики.

От облучения, полученного в первые часы, погибло более трех десятков человек. Но точное количество жертв и пострадавших неизвестно до сих пор. По официальным данным, непосредственно в результате взрыва на станции погибли 50 человек. При этом различные организации и эксперты оценивают потенциальное число жертв вплоть до 100 тысяч. Всего же в ликвидации аварии принимало участие свыше 500 тысяч человек.

Первые ликвидаторы, по тревоге прибывшие на охваченную пламенем Чернобыльскую станцию, делали свою работу практически голыми руками, без специальной защитной одежды и даже противогазов. Чтобы уменьшить выбросы радиации из разрушенного реактора, его с вертолетов забросали мешками с песком и свинцом.

В результате взрыва на ЧАЭС образовалось огромное радиоактивное облако, которое распространилось далеко за пределы Украины. Более половины выброшенных в воздух вредных веществ осели на территории Белоруссии. На территории России радиоактивному загрязнению в наибольшей степени подверглись Брянская, Калужская, Орловская и Тульская области.

В ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реакторе в Чернобыле

КГБ: в течение трех лет до катастрофы на ЧАЭС произошло 6 аварий и 63 отказа оборудования

Первые минуты после взрыва – очевидцы вспоминают, как это было


Отселять людей из зоны заражения начали только через сутки после аварии. Они покидали свои дома с минимальным количеством вещей и документов. Им обещали, что вскоре они смогут вернуться, но оказалось, что они оставляют Припять навсегда. Всего из зоны вокруг станции было эвакуировано почти 25- тысяч человек. Десятки населенных пунктов навсегда исчезли с карты Украины. Вокруг разрушенной ЧАЭС образовалась мертвая зона, протянувшаяся на площади в несколько тысяч квадратных километров. Сегодня Чернобыльская зона стала Меккой для сталкеров и туристов.

В 35-ю годовщину аварии на Чернобыльской АЭС акции памяти пройдут в различных городах России. Возложение цветов и траурный митинг планируются сегодня у мемориала памяти погибших в аварии в Чернобыле на Митинском кладбище в Подмосковье. Туда, как ожидается, приедут представители руководства МЧС, а священнослужители РПЦ проведут богослужение. Митинг у мемориала жертвам катастрофы проходит ежегодно, за исключением прошлого года, когда он был отменен из-за эпидемии коронавируса.

Цветы к памятникам ликвидаторам аварии в Чернобыле возложат и во многих других городах – например, в Казани, Орле и Ульяновске. А в Санкт-Петербурге власти намерены еще и заложить аллею в их честь.

В 35-ю годовщину катастрофы в ФСБ сообщили о версии теракта на ядерном реакторе

В канун 35-летия Чернобыльской аварии генерал-майор ФСБ России в отставке Анатолий Ткачук, принимавший непосредственное участие в тех событиях, рассказал, что после аварии версия теракта “рассматривалась очень серьезно”.

Генерал-майор ФСБ, в свое время занимавший должность начальника оперативной группы КГБ СССР по войскам чернобыльской зоны, сообщил, что были опрошены очень многие люди, “которые были свидетелями необычных явлений, которые косвенно могли говорить об вмешательстве человека”.

Ткачук отметил, что все версии аварии тщательно проверялись. В частности, были данные о том, что при строительстве АЭС было допущено много нарушений. “И эта версия тоже была – не явился ли причиной аварии, скажем, обрушение каких-то конструкций?” – рассказал генерал-майор в отставке.

Он напомнил, что в конечном счете причиной аварии назвали “действия персонала четвертого энергоблока, человеческий фактор, который завел реактор в состояние, когда взрыв был неизбежен”. О нарушении дисциплины на Чернобыльской АЭС говорилось в рассекреченных ранее документах КГБ. Эти рассекреченные данные вошли в книгу “Чернобыльское досье КГБ. От строительства до аварии”. Среди 229 документов, попавших в книгу, есть сообщения об авариях, произошедших в 1986 году, в год взрыва, расшифровка телефонных переговоров на атомной электростанции в ночь 26 апреля, когда взорвался реактор, экземпляр первого сообщения об аварии, сведения о начале расследования и строительстве саркофага.

По словам Ткачука, иностранные разведки очень хотели, используя агентов из числа завербованных граждан СССР, получить информацию о том, что происходит в районе Чернобыльской АЭС после аварии 1986 года, каковы причины катастрофы и как действует государственная система СССР, ликвидируя последствия случившегося, но советская контрразведка сумела выявить тех, кто пытался добыть и передать эту информацию за рубеж.

“Любая мало-мальски уважавшая себя разведка обязана была работать по Чернобылю”, – подчеркнул Ткачук. “Во-первых, с точки зрения сбора информации о том, что произошло. Очень желательно было получить пробы прямо с места. Ситуация в Чернобыле была уникальная, процесс возникновения и развития аварии был уникален”, – пояснил он.

Во-вторых, зарубежным разведкам нужны были данные для понимания того, какие меры безопасности в атомной энергетике надо предпринимать и что учитывать в развитии ядерных вооружений – это требовалось странам с развитой собственной атомной отраслью, добавил он.

“Кроме того, очень важно, что, изучая последствия Чернобыльской аварии, можно, по существу, моделировать последствия уничтожения атомного энергоблока в ходе военного конфликта, а также и результаты применения ядерного оружия – только здесь не было таких поражающих факторов ядерного взрыва, как ударная волна, электромагнитный импульс, сильные пожары, а было только сильное радиоактивное загрязнение местности”, – добавил Ткачук.

По его словам, в любом случае, иностранным разведкам важно было узнать, как в таком случае действует советская гражданская оборона, армия, медицина, система госрезерва, другие различные службы, как принимаются и исполняются распоряжения на разных этажах власти. “Словом, как работает громадный государственный механизм”, – отметил собеседник агентства РИА “Новости”.

Ткачук обрисовал также сложности, с которыми столкнулась советская контрразведка в Чернобыле. “Одновременно в Чернобыле были задействованы несколько десятков тысяч военных. Причем как кадровых, так и призванных из запаса. Также в районе атомной станции работали закрытые институты, конструкторские предприятия, оборонные предприятия. Представьте, какая была просто невероятная концентрация в одном месте носителей совершенно секретной, разнообразной информации и техники, которые в обычной обстановке были разбросанные по разным местам и надежно скрыты за барьерами на закрытых территориях, к которым чужие разведки не могли подобраться”, – пояснил он.

“И вот надо было всех этих людей закрыть от подходов к ним зарубежных разведок. Кроме того, надо было зачастую в полевых условиях обеспечить сохранность огромного количества разных секретных документов”, – добавил Ткачук.

В рассекреченных ранее документах КГБ отмечалось, что по мере того как обстановка на площадке станции более-менее нормализовалась, туда все чаще в составе иностранных делегаций под видом ученых и журналистов стали приезжать кадровые сотрудники спецслужб.

“Но это именно кадровые сотрудники разведок. А нам ведь еще надо было не допустить проникновения в район атомной станции их агентуры, то есть завербованных советских граждан… И требовалось пресечь попытки вынести за пределы чернобыльской зоны разные предметы, материалы, интересовавшие иностранные разведслужбы”, – добавил Ткачук.

Он рассказал, как сотрудники КГБ выявляли таких людей. “Мы внимательно изучали материалы на тех, кто приезжает в Чернобыльскую зону. Кстати, тоже ведь громадная и кропотливая работа. Так вот, бросалось в глаза, что некоторые люди инициативно и как-то уж очень настойчиво писали рапорты с просьбой направить их в Чернобыль. Мотивировали это повышенным окладом, дополнительной выслугой лет. Мы присматривались к этим людям и, оценивая их биографию и личные качества, видели, что их интерес к Чернобылю явно управляем”, – рассказал генерал-майор ФСБ.

По словам Ткачука, контрразведка со своей задачей справилась. “Все то, что нужно было знать нашей науке, чтобы применять в будущем, для развития атомной энергетики, она получила. А кому не надо было знать, что не надо, они не получили. Утечек информации мы не допустили. Но зато накопили опыт, как в таких экстремальных ситуациях данные могут получены сторонними лицами, и как этому противодействовать. Хотя к тому времени уже был налажен процесс информирования международного сообщества”, – сказал он.


КГБ: в течение трех лет до катастрофы на ЧАЭС произошло 6 аварий и 63 отказа оборудования


В Советском Союзе контрразведывательная работа органов государственной безопасности на объектах ядерной промышленности и энергетики ставилась в качестве важнейшей задачи защиты экономики и обеспечения экологической и радиационной безопасности страны.

Шестое управление КГБ СССР отвечало за контрразведывательное обеспечение экономики СССР, а его 5-й отдел – за контрразведку на объектах топливно-энергетического комплекса, в том числе на АЭС.

Еще в 1980 году по предложению КГБ на атомных электростанциях СССР были введены должности офицеров безопасности. Это было сделано после проведенных проверок на нескольких советских АЭС, когда выявились определенные недостатки при их строительстве и эксплуатации. И, по рассказам ветеранов, наибольшие недочеты обнаружились именно на Чернобыльской АЭС, где на тот момент уже действовала первая очередь в составе двух энергоблоков и строилась вторая очередь (блоки NN3 и 4).

Как вспоминает председатель КГБ Украинской ССР (1987-1991), затем руководитель российских органов безопасности, директор Федеральной службы контрразведки Российской Федерации (1993-1994) генерал-полковник Николай Голушко, “на каждой АЭС офицеры КГБ отслеживали обстановку в плане предупреждения чрезвычайных ситуаций, пожаров, взрывов, радиоактивных выбросов, исключения диверсионных актов”. При получении тревожных сигналов следовал немедленный доклад в 6-е Управление КГБ УССР, где информация обобщалась и направлялась в КГБ СССР и параллельно в Центральный комитет компартии, правительство Украины, в соответствующие министерства.

Чернобыльская АЭС была второй по мощности станцией атомной энергетики в СССР (вырабатывала 10% электроэнергии для Украины) и как важнейший стратегический объект находилась в поле постоянного оперативного внимания КГБ. Как отмечает Голушко, только в 1983-1985 годах на Чернобыльской АЭС произошло шесть аварий и 63 отказа основного оборудования, что создавало предпосылки возникновения тяжелых последствий.

В ходе оперативной работы органами КГБ вскрывались факты некачественного выполнения строительно-монтажных работ, поставок бракованного оборудования, нарушения технологических норм эксплуатации станции и требований радиационной безопасности. Партийные и правительственные инстанции информировались о выявленных слабых местах в обеспечении радиационной безопасности для принятия надлежащих мер. Но, по словам Голушко, к великому сожалению, не всегда тревожная информация, поступавшая от КГБ, вызывала надлежащую реакцию. И катастрофы избежать не удалось.


Первые минуты после взрыва – очевидцы вспоминают, как это было

“Взрыв на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС произошел в 01:23 26 апреля 1986 года. Через 15 минут мне позвонил офицер действующего резерва Александр Николаевич Штангеев и дежурный по союзному министерству энергетики и электрификации”, – рассказывает бывший начальник отделения 5-го отдела 6-го Управления КГБ СССР полковник в отставке Валерий Фролов.

Первыми же непосредственно на месте аварии 26 апреля 1986 года буквально через 20 минут после взрыва оказались сотрудники отдела КГБ в Припяти – городе-спутнике ЧАЭС: начальник отдела подполковник Виктор Клочко, майор Валентин Богдан и старший оперуполномоченный капитан Виталий Суховилин. Они не уходили с аварийного энергоблока до тех пор, пока их не увели оттуда медики. Затем все трое были госпитализированы. Кроме того, на Чернобыльскую АЭС сразу после случившегося выехали и сотрудники КГБ Украинской ССР.

“А в Москве уже через час после полученных первых сообщений на работе была половина нашего отдела. Затем прибыл начальник 6-го Управления генерал-лейтенант Федор Алексеевич Щербак. На тот момент было известно, что на Чернобыльской АЭС горит 4-й энергоблок, и больше никаких подробностей. И все надеялись, что это только пожар и не больше”, – рассказывает бывший первый заместитель директора ФСБ России генерал-полковник Валентин Соболев, в 2007-2008 годах исполнявший обязанности секретаря Совета безопасности России. В 1986 году он также работал в 5-м отделе 6-го Управления КГБ.

“Первый самолет из Москвы со специалистами разных организаций, имевших отношение к атомной энергетике и направлявшихся в Чернобыль, улетел в Киев в 8 утра 26 апреля, и в нем были сотрудники 6-го Управления. Сам генерал Щербак совместно с заместителем председателя Совета министров СССР Борисом Евдокимовичем Щербиной позже вылетел другим рейсом”, – добавляет Соболев.
Когда члены специально созданной госкомиссии прибыли на Чернобыльскую АЭС, им доложили, что произошла тяжелая радиационная авария, реактор 4-го энергоблока разрушен.

“С этого момента была создана оперативная группа КГБ, которая занималась расследованием причин и обстоятельств возникновения аварии, а затем – ликвидацией ее последствий”, – рассказывает Соболев. “Роль КГБ заключалась в оперативном обеспечении объекта, который находился в очень тяжелом состоянии и представлял реальную опасность для нашей страны, а кроме того, представлял большой интерес для спецслужб иностранных государств, которые с первого дня после случившегося проявили необычайную активность в получении информации, которая могла бы им пригодиться”, – поясняет он.

По его словам, прежде всего надо было выяснить причины произошедшего, четко, на основе многократно перепроверенной информации определить, могла ли катастрофа быть вызвана умышленными действиями, а именно диверсией, вредительством, или же она стала результатом некомпетентности персонала энергоблока, а может, имело место что-то иное. При этом не отбрасывалась ни одна версия, какой бы дикой она не выглядела.

“И за короткое время мы смогли сообщить в Политбюро ЦК КПСС, что на 4-м энергоблоке АЭС не было совершено умышленных действий, приведших к аварии”, – отмечает Соболев.

Как рассказал бывший сотрудник 6-го Управления КГБ полковник в отставке Сергей Гуреев, перед ним самим стояла задача в период пребывания в Чернобыле работать по выяснению причин аварии, организовывать и проводить необходимые оперативные и оперативно-технические мероприятия. Причем отдельной темой было найти факты нарушения технологического регламента, понять, что привело к неконтролируемому росту мощности реактора и последующему взрыву.

Выводы сотрудников КГБ сыграли большую роль и в организации и проведении работ по ликвидации катастрофы. Уже 27 апреля из Припяти и близлежащих населенных пунктов было эвакуировано 50 тысяч жителей.

“А к 30 апреля наша первая группа, работавшая в Чернобыле, прислала отчет, содержавший, в том числе, и мнение ведущих специалистов разных отраслей. На основе отчета была подготовлена записка в Политбюро, в которой совершенно четко указывалось, что авария носит очень тяжелый радиационный характер, требуется эвакуация людей из районов, прилежащих к станции, и что необходимо принимать меры, которые не позволят радиоактивным веществам распространяться дальше”, – говорит Соболев.

В КГБ СССР был создан штаб под руководством первого заместителя председателя Комитета госбезопасности генерала армии Филиппа Бобкова, который тоже был на ЧАЭС. А во все вылетавшие из Москвы в Чернобыль комплексные группы, в состав которых входили специалисты разных организаций, ведомств, обязательно включались и оперативные сотрудники КГБ из Центра, в том числе члены руководства 6-го Управления. Таким образом, помимо Федора Щербака на месте аварии работали генералы Виталий Прилуков, Владимир Хапаев, Геннадий Кузнецов, Николай Шам, Михаил Малых, Владимир Поделякин.

В это же время было решено привлечь к расследованию причин аварии и ликвидации ее последствий оперативных работников, офицеров действующего резерва, прикомандированных к атомным электростанциям в разных районах СССР, потому что эти люди тоже могли внести свой реальный вклад в работу в Чернобыле, пишет РИА “Новости”.

По словам Соболева, роль каждого оперативного работника, который выезжал в район аварии, была четко определена. “Но произошла абсолютно запроектная авария, и поэтому для ликвидации ее последствий не было готовых решений. И надо было скрупулезно, с учетом мнения большого числа профессиональных специалистов, выбрать пути дальнейших работ, не подвергая людей ненужному риску”, – поясняет он.

Как вспоминали ветераны-ликвидаторы, незабываемыми и наиболее результативными были приезды на место аварии председателя Совета министров СССР Николая Рыжкова. “Николай Иванович, человек большого личного обаяния, имел мужество честно отвечать на самые трудные вопросы”, – рассказывает Голушко. “Как положено сотрудникам органов госбезопасности, мы шли в самых первых рядах. Мы были готовы работать в Чернобыле, и не было случаев, чтобы кто-то отказался. Кстати, и потом никто из оперативных сотрудников не уехал из Чернобыля, ссылаясь на какие-либо обстоятельства”, – рассказывает полковник в отставке Виктор Рощин.

Оперативные группы КГБ располагались непосредственно в Чернобыле. “Все мы ежедневно находились на зараженной территории, встречались с рабочими и специалистами непосредственно на рабочих местах с целью личного получения информации о положении дел на пораженных радиацией участках”, – вспоминал бывший первый заместитель начальника 6-го Управления КГБ СССР, генерал-лейтенант в отставке Виталий Прилуков, который в 1986 году в течение месяца возглавлял оперативно-следственную группу по расследованию причин аварии.

Одна из самых больших проблем, с которой столкнулись все, кто с первых дней и недель работал в Чернобыле – отсутствие точных знаний о том, где какие уровни радиации.

Горячие обсуждения
  • Загрузка...
  • Наша позиция
    Добавить комментарий

    Adblock
    detector